• ZOV

Частный детектив. Корпоративное расследование в Новосибирске

С 01 по 10 февраля 2022 года мы работали в Новосибирске, проводили расследование в новосибирском филиале московского АО.


Из Москвы мы вылетели вместе с руководителем внутренней СБ АО. Поводом для командировки явилась информация о факте хищения сырья в филиале. Расследование началось в 5 часа утра по Москве, в 9 утра по местному времени, такой режим работы мы держали все дни расследования… пошла череда встреч и бесед с работниками, как в офисе новосибирского филиала, так и вне его, в городе, нам было важно, чтобы с потенциальными носителями нужной информации возникло доверие. Итог первого дня расследования это первые, важные письменные показания, у нас появились персоны, требующие пристального изучения. Полученные письменные показания до поры до времени мы засекретили, кроме нас с руководителем СБ АО никто о них не знал, директор филиала также был лишен знаний о ходе расследования. Дело в том, что предполагаемые расхитители занимали ключевые должности в новосибирском филиале, начальник цеха, технолог, технолог-наладчик и … директор филиала.


Мы проверяли полученные сведения о воровстве на производстве, как пример, нам сообщили, что при сдаче металлолома действовала схема, 30% металла оформлялась официально на АО, 70% оформлялось по паспортным данным технолога, наличные деньги передавались начальнику цеха, аналогичная схема присвоения денег была при сдаче пленки, бумаги, прочих отходов. Информация подтверждалась, мы документально фиксировали выявленные факта воровства на пунктах приема вторсырья, работники шли на сотрудничество с нами, предоставляя копии платежных документов за 2021 год, в документах фигурировала фамилия одного из наших подозреваемых, технолога филиала…


Мы приглашаем в нашу команду местного полиграфолога, в прошлом сотрудника уголовного розыска с 20-летним стажем, во-первых, нужно было поднять градус нашего расследования, чтобы наши подозреваемые занервничали максимально, во-вторых, нужно было протестировать их близкое окружение на знание и участие в хищениях, а также проверить других ключевых сотрудников филиала.


Наши подопечные занервничали… Утром третьего дня нашего расследования на производство в полном объеме вернулось похищенное сырье, все 5500 кг, по версии начальника цеха и двух технологов … сырье не было похищено, а передавалось в долг дружественной компании, которой оно срочно потребовалось для производственного цикла, такие случаи бывали и ранее, в качестве подтверждения нам предъявили письмо некой новосибирской компании, в котором взаимовыручка сырьем подтверждалась. Мы сделали вид, что принимаем их версию, сообщили, что картина ясна, мы уезжаем в Москву и как только полиграфолог закончит свою работу, если ничего не выявит, история с сырьем будет закончена. На самом деле мы остались в Новосибирске, лишь поменяли отель, прежний знал директор филиала и более углубленно начали изучать технологов, участников воровской группы, мы готовились к разговору с ними, нам нужно было получить их письменные показания, нам нужны были детали воровских действий с их участием, схемы воровства, понимание, действительно ли директор филиала является активным участников воровства в филиале. Через два дня мы были готовы к встрече с технологами, опущу детали, скажу лишь, что они нам доверились, раскаялись, обо всех известных им фактах воровства на производстве собственноручно написали, всем криминалом на производстве заправлял начальник цеха…


Схема хищения сырья была тщательно продумана, основана на знании технологии производства, в основе схемы хищений лежала экономия сырья. Ежедневно начальник цеха требовал от технологов соблюдать минимально разрешенную норму расходования сырья, а в официальных отчетах отражал максимально разрешенную норму расходования сырья, в своих записях он ежедневно фиксировал размер излишка. В конце года инвентаризационная комиссия филиала в Акте фиксировала значения расходования сырья по максимально разрешенной норме, а начальник цеха суммировал вес сэкономленного сырья, после чего готовил для продажи полеты с сырьем на вывоз с территории производства. Технологи за свое молчание получали по 25000 рублей. Участвует ли в этой преступной схеме директор филиала, технологам было достоверно неизвестно, они предполагали, что директор в курсе, так как с начальником цеха они друзья.


Мы начали готовить разговор с начальником цеха, нам было что с ним обсудить. Наше общение с начальником цеха длилось более 2-х часов, сначала он возмущался, что мы считаем его вором, долго возмущался, но по итогу встречи решил сознаться в системном воровстве, раскаялся, собственноручно в объяснении на имя генерального директора АО написал обо всех случаях воровства на производстве, о которых нам стало известно в ходе расследования, он описал роль свою и каждого участника, отразил суммы, которые получали члены воровской группы от продажи ворованного сырья. Согласно показаниям начальника цеха, директор филиала АО получал 50% от продажи ворованного сырья…


Мы доложили генеральному директору АО по телефону об итогах расследования и предложили ему через 5 минут провести видеоконференцию с директором филиала с нашим участием. Директор филиала смотрелся крайне жалко, когда мы вошли в его кабинет, в ходе общения с генеральным директором АО он признался в воровстве, сознался сразу после того, как нами были озвучены схема воровства, размеры и даты полученных им денег. К заявлению об увольнении начальника цеха добавилось заявление об увольнении директора филиала. Генеральным директором АО была назначена полная инвентаризация филиала.


На следующий день было собрание трудового коллектива, инициированное нами. Мы рассказали работникам филиала о воровстве их руководителей, об их увольнении, о решении вопроса с возбуждением уголовного дела, коллектив сказал нам спасибо…

В аэропорту Новосибирска, перед вылетом в Москву, руководитель СБ АО, ветеран подразделения «Альфа», высоко оценил нашу работу, назвал нас детективным спецназом, он сравнил наши действия с действиями спецназа, в котором он служил… заброска, анализ, зачистка, возвращение домой…